ЧЕЛОВЕК ЗА БОРТОМ

Пути Господни неисповедимы. А судьбы людские порой так непредсказуемо драматичны, что больно сердцу от равнодушия, черствости, жестокости и цинизма, что вокруг и рядом имеют место быть…

Меня потрясла недавняя ситуация, «разруливать» которую пришлось в срочном порядке, так как речь шла об инвалиде первой группы, ликвидаторе Чернобыльской аварии, оказавшемся в экстремальной ситуации.

До недавней поры в КЦСОН никто ничего особенного не знал об Александре И. (это и другие имена изменены по этическим соображениям — в надежде на то, что здравый смысл все-таки победит). Два года назад появился у него новый кров. Татьяна, гражданская жена Александра, привезла его из социального учреждения в Ельце, прописала в своем доме. Не берусь судить о мотивах самоотверженного поступка женщины, но жила пара дружно, Александр получал приличную пенсию, жена взяла на себя хлопоты по дому и заботы о здоровье мужа-инвалида. Помогала ей и взрослая дочь Елена, оформившая в пенсионном фонде уход за инвалидом 1 группы по зрению за скромную плату в 1200 рублей в месяц. И ничем особенным эта семья в селе не отличалась, была как все.

Но нежданно-негаданно пришла беда. Случился у Татьяны инсульт, дочь забрала ее к себе. А вскоре в моем кабинете раздался звонок. На другом конце провода настоятельно потребовали забрать Александра И. в «Дом престарелых».

На обслуживании в КЦСОН этот человек не состоял, но коль так случилось, я попросил Елену собрать документы, необходимые для определения мужчины в Дом временного  и дневного пребывания людей пожилого возраста и инвалидов. Тем более, что сделать это, а также доставить мужчину в Измалково  для прохождения обследования (соцзащита предоставила бы и свой транспорт) Елена  должна была в силу своих обязанностей.

Другой звонок последовал незамедлительно. Елена сказала, что написала заявление в Пенсионный фонд о расторжении договора по уходу и с 1 марта слагает с себя обязанности, грозясь дойти до вышестоящих органов, если инвалида не заберут.

И 27 февраля, буквально на другой день, она привезла Александра И. в  КЦСОН. В его сумке с жалкими пожитками торчал кусок колбасы — проявление акта доброты «заботливой опекунши».

Бурное море житейское коварно и непредсказуемо, и оказавшийся «за бортом» человек тоже терпит в нем бедствие. Наша милосердная служба на помощь пришла вовремя. Кроме кое-каких носильных вещей да злополучной колбасы инвалид ничем не располагал. Денег, несмотря на вполне приличную пенсию, тоже не оказалось.

Перед тем, как поместить Александра И. в Дом временного и дневного проживания, ему было необходимо пройти обследование в районной больнице. Но это оказалось невозможным: человек не имел… места жительства, так как был выписан из дома бывшей гражданской жены в никуда. По этой причине стал недействительным страховой полис.

Теперь все сложности в соблюдении положенных формальностей позади. Человек, инвалидность которого стала следствием исполнения им гражданского долга и даже подвига, имеет надежный кров, где есть все удобства и гарантирована забота доброжелательного и ответственного обслуживающего персонала.

Только бередит душу сознание того, как жесток мир, в котором мы существуем, и что порой бывает с людьми, живущими рядом. Где теперь свойственная русскому народу соборность, где милосердие и сострадание, которые всегда помогали людям выстоять в сложной ситуации? И где же, наконец, совесть человеческая у власть предержащего сельского главы, избранного односельчанами в качестве защитника своего и помощника? Бездушным росчерком пера он превратил ликвидатора последствий Чернобыльской трагедии, ставшего в результате инвалидом 1 группы, в бездомного и бесправного, оказавшегося за бортом жизни человека…

В. КАЗЬМИН,

директор МУ СЗН «КЦСОН».

This entry was posted in Соцзащита. Bookmark the permalink.

Добавить комментарий