СКОРОДНЕНСКИЙ ЛЕС ГЛАЗАМИ БУНИНА


Лес! Это таинственный, полный загадок мир, который привлекал  внимание  многих  художников, писателей, композиторов. Бескрайние холмы, леса, поля и деревеньки Измалковского края нашли отражение в произведениях  великого русского писателя  Ивана Бунина. Начиная с весны 1906 года и кончая октябрем 1917-го, Глотово-Васильевское было для него родным пристанищем, где он погружался в мир деревенской природы. В преддверии его дня рождения (22 октября 1870 г.) давайте вспомним  писателя-земляка,  который запечатлел незабвенную прелесть Скородненского леса.

В д. Скородное было имение, принадлежащее помещикам Победимовым. Это было место частых прогулок И. Бунина, от впечатлений которых создал онжемчужину своей прозы – «Антоновские яблоки». Рассказ начинается описанием ранней погожей осени. «Помню раннее, свежее, тихое утро… Помню большой, весь золотой, подсохший и поредевший сад, помню кленовые аллеи, тонкий аромат опавшей листвы и — запах антоновских яблок, запах меда и осенней свежести. Воздух так чист, точно его совсем нет, по всему саду раздаются голоса и скрип телег… И прохладную тишину утра нарушает только сытое квохтанье дроздов на коралловых рябинах в чаще сада, голоса да гулкий стук ссыпаемых в меры и кадушки яблок».

С этим лесом связаны многие другие произведения  Ивана Бунина. Прежде всего вспоминаются страницы «Жизни Арсеньева» с описанием леса и лесного пруда. «Мы шли то под старыми березами, то по широким полянам, на которых вольно и свободно стояли могучие ветвистые дубы, уже далеко не такие темные, как летом, с поредевшей и  подсохшей листвой. Мы шли в их пестрой тени, дыша их сухим ароматом, по скользкой, сухой траве и глядели вперед, где жарко сияли  более открытые поляны, а за ними канареечно желтела и трепетала небольшая чаща молодой кленовой поросли…

Вода в пруде была чистая, прозрачная, особенная лесная вода, как есть вообще нечто особенное в этих одиноких лесных прудах… В ее светлой бездонности, похожей на какое-то зачарованное небо, спокойно отражались, тонули верхушки окружавшего ее березового и дубового леса, по которому с легким лепетом и шорохом тянул ветер с поля».

Созерцаемые писателем пейзажи Скородного фиксировались в отрывочных дневниковых записях, чтобы в свое время перейти на страницы произведения «Митина любовь».

«Ездили недавно в Скородное. Как чудесно! Был жаркий день, и какая свежесть и густота  трав и зелени деревьев, какая прелесть полураскрывшихся дубков! Великое множество мелких желтеньких цветов, — целые поляны ярко-желтые, а больше всего все искраплено какими-то голубенькими, вроде незабудок. И уже много лиловых медвежьих ушек».

«5 апреля 1916 г. Охота в Скородном на вальдшнепов. В лес пошли от караулки. В редких жидких верхушках деревьев белые глыбы грозовых облаков. Гремел гром. По низам прохлада, колокольчиками звенят птицы. Кое-где снег, ослепительный на солнце, на нем легкие лазурные отблески неба».

Лес в Скородном  неизменно приводит на память задушевно-лиричный рассказ Бунина «Косцы», и кажется, что именно он стал для писателя на чужбине символом далекой Родины.

«Мы шли по большой дороге, а они косили в молодом березовом лесу поблизости от нее и пели. Это было давно, это было бесконечно давно, потому что та жизнь, которой все мы жили в то время, не вернется уже во веки. Они косили и пели, и весь березовый лес, еще не утративший густоты и свежести, еще полный цветов и запахов, звучно откликался им.

Кругом нас были поля, глушь серединной, исконной России».

Бунинские пейзажные заметки  пронизаны ощущением времени года. Среди многочисленных зарисовок отличаются последние, написанные осенью 1917 года.

«В лесу очень хорошо, я чувствовал тайный восторг какой-то, уже чувствуется осенняя поэзия. Дорога в лесу и то уже осенняя отчасти».

«Все, весь лес необыкновенно сух, шуршит, и непередаваемо прекрасный запах подожженных сушью, солнцем листьев. Блеклая трава засыпана листвой, дубовая листва коричневая на опушке. Дубы все шуршат, все бронзово-коричневые».

«3 октября 1917 г. Скородное издали – какой-то рыже-бурый медведь. Дубки все бронзовые. Сквозь него изумительный пруд, в одном месте в зеркало льется отражение совершенно золотое какого-то склоненного деревца».

Судьба распорядилась так, что Бунин долгие годы провел в эмиграции. Дневник-путеводитель одухотворяет наше восприятие его последнего «деревенского дома», «деревенских далей» с «синеющим на горизонте валом леса, желтизной… полей»,  с «родными с детства… запахами… косьбы, ржаных копен» и заставляет ощутить во всем этом бунинское «легкое дыхание».

Н. АВТЮХОВА,

заведующий МБО Межпоселенческой библиотеки им В. А. Дрокиной.

This entry was posted in Литературная страница. Bookmark the permalink.

Добавить комментарий